В Международном мультимедийном центре «Евразия сегодня» прошла очередная встреча экспертного проекта «Евразийский вектор: наши соседи». Организаторы — «Евразийская медиагруппа» и Омский государственный университет имени Ф.М. Достоевского — задались амбициозной целью: показать пространство Большой Евразии через призму экономики, политики, науки и культуры, избегая упрощений и опираясь на открытый диалог. Тема нового выпуска выбрана не случайно — современное состояние Балтийского региона, причины роста напряжённости и, что важнее, возможные точки соприкосновения.
Модератором встречи выступил автор и ведущий программы Иван Кротт — ректор ОмГУ, кандидат исторических наук. В дискуссии участвовали ведущие российские и белорусские эксперты: проректор по научной работе ОмГУ Виктор Миронов, профессор СПбГУ Наталья Маркушина, доцент РАНХиГС Елизавета Пронякина, директор центра международных исследований БГУ Никита Беленченко.
От «моря мира» к «морю НАТО»
Открывая дискуссию, Виктор Миронов напомнил шокирующую цифру: ещё 15–20 лет назад Балтика была символом сотрудничества России с Европой. Сегодня — один из самых тревожных регионов мира. При этом исторически Балтийское море никогда не было спокойным. Ещё Ганзейский союз, в который входил даже Новгород, был не только торговым, но и конкурентным объединением. Позже — борьба между Данией и Швецией за контроль над путями.
После распада СССР наступил хрупкий баланс: Норвегия, Исландия и Дания уже были в НАТО, Финляндия соблюдала нейтралитет на основе договора 1948 года с СССР, Швеция оставалась вне блоков. Но последние два года смели старые схемы. Вступление Финляндии и Швеции в Альянс, прекращение сотрудничества России с региональными организациями — Балтика перестала быть местом диалога и стала передовым рубежом.
Почему так вышло?
Эксперты выделили несколько ключевых факторов нынешнего кризиса.
- Первый — общий кризис европейской архитектуры безопасности. После Холодной войны предполагалось создать систему «от Ванкувера до Владивостока», но вышло иначе: НАТО расширялся, механизмы доверия деградировали.
- Второй — смена элит в странах Балтии, которые формировались ещё в 1980-е на волне антисоветской риторики.
- Третий — экономика перестала сдерживать политику. Долгое время считалось, что торговля снижает риск конфликтов. Но сегодня безопасность ставится выше выгоды. Яркий пример — балтийские порты. Они десятилетиями жили за счёт транзита российских и белорусских грузов, а после введения санкций потеряли значительную часть этого потока.
- Четвёртый — украинский кризис, который радикально усилил восприятие угроз в регионе. Как жёстко, но точно сформулировал Никита Беленченко: «Ничто так не объединяет, как большой, сильный, страшный чужой. Сегодня таким “чужим” в Балтийском регионе является образ России».
При этом, по его словам, на региональном уровне сотрудничество частично сохраняется. Финляндия продолжает платить аренду за Сайменский канал — миллиард с лишним евро в год, хотя по нему практически не ходят суда. А экспорт из Латвии и Литвы в Россию, несмотря на санкции, не прекратился — особенно в сегменте лекарственных препаратов.
Большие игроки на малом море
Наталья Маркушина обратила внимание: США, Великобритания и Франция присутствуют в Балтике задолго до 2022 года. США — с 1949 года, со вступления Норвегии, Дании и Исландии в НАТО. Великобритания после Brexit пытается создать «северное мини-НАТО», фактически форпост альянса напротив России. Франция наращивает военное присутствие, участвуя в учениях «Страж Балтики» и направляя в регион авианосец «Шарль де Голль».
Елизавета Пронякина добавила важный нюанс: страны Балтии (Латвия, Литва, Эстония) с 2018 года по классификации ООН относятся к Северной Европе, и они активно этого добивались. В рамках Нордического совета формируется объединение «Нордик-Балтик», которое развивается прежде всего в военной плоскости. Связующее звено — Эстония и Финляндия, между которыми с 2020 года действует газопровод Baltic Connector.
Не остался в стороне и Китай. Как отметил Никита Беленченко, Пекин долгое время рассматривал Балтику как часть логистических цепочек «Одного пояса — одного пути». Турбулентность вынудила Китай диверсифицировать маршруты, но регион остаётся для него площадкой для продвижения интересов в Евросоюзе. В перспективе Китай может вернуться, и здесь важно стратегическое партнёрство России и Беларуси с КНР.
Финляндия: нейтралитет похоронен, проблемы остались
Елизавета Пронякина подробно разобрала последствия вступления Финляндии в НАТО. Страна заканчивает строительство пограничного забора — теперь самая большая сухопутная граница Альянса с Россией проходит именно здесь. Для приграничных финских регионов это катастрофа: никто не хочет отдыхать «в тени российских танков». Финляндия, долгие годы позиционировавшая себя как нейтральный балансир, потеряла имидж и экономику. Туристический поток из России прекратился, европейцы не спешат заменять российских дачников. Страна пытается компенсировать потери контрактами на ледокольные двигатели и радары, но этого недостаточно.
На территории Финляндии открываются две военные базы НАТО — в Микели (вблизи границы с Россией) и в Лапландии, что особенно болезненно для страны с сильной арктической идентичностью. У Швеции ситуация легче: она исторически интегрирована в скандинавское экономическое пространство и всегда успешно торговала даже во время конфликтов. Но обе страны ожидают от ЕС компенсаций, а Брюссель разводит руками: ЕС — экономическое объединение и к НАТО отношения не имеет.
Русскоязычные жители Балтии: между молотом и наковальней
Отдельная и тревожная тема — положение русскоязычного населения. В странах Балтии и Финляндии проживают сотни тысяч граждан, носителей русской культуры и советских ценностей. Елизавета Пронякина подчеркнула: Россия обязана поддерживать этих людей через Россотрудничество, МИД и другие каналы. Им сейчас невероятно трудно — на работе и в быту от них постоянно требуют осудить политику России.
При этом общественное мнение не монолитно. Юго-восточная Финляндия экономически процветала за счёт сотрудничества с Россией — торговли, туризма, дачников. Экспорт из Латвии и Литвы в Россию сократился незначительно, сохраняется реэкспорт. Потеря даже 2% ВВП, смешанные семьи, логистические проблемы — всё это делает сотрудничество объективно выгодным. И аренда Сайменского канала, которая продолжает оплачиваться при почти нулевой навигации, — яркий сигнал: будущее всё-таки есть.
Взгляд из Беларуси: без выхода к морю, но с болью за порты
Для Беларуси Балтика — гораздо больше, чем просто соседи. Не имея выхода к морю, страна исторически была встроена в балтийскую логистику, торговлю и инфраструктурные коридоры. Белорусские грузы десятилетиями шли через литовские и латвийские порты. Санкции заставили переориентировать потоки, что показало: география важна, но инфраструктурные модели могут меняться.
Никита Беленченко выразил особую тревогу: попытки стран Балтии усилить милитаристскую риторику в отношении Минска и релокация украинских производств на их территорию. Беларусь не заинтересована в том, чтобы балтийские государства превратились в военно-политический разлом — это создало бы угрозу не только республике, но и всему Союзному государству. Поэтому Минск пытается проводить мирную политику, в том числе через безвизовый режим, демонстрируя, что дружественные отношения с Россией могут приносить мирные результаты.
Что дальше? Только малые форматы
Подводя итоги, участники сошлись на неутешительном, но трезвом выводе: время крупных проектов в Балтийском регионе ушло. Виктор Миронов резюмировал: Россию исключить из балтийских отношений невозможно технически, поэтому сотрудничество возможно лишь в небольших прикладных форматах — сохранение Сайменского канала, вопросы судоходства, экология Балтийского моря.
Никита Беленченко добавил: между военными всегда можно найти общий язык — техническая дипломатия, морская безопасность, предотвращение инцидентов. Кроме того, сохраняются академические обмены, интерес к обучению в России и Беларуси со стороны жителей стран Балтии. Это элемент «мягкой силы», который необходимо активно развивать.
Географию не отменить
Иван Кротт, завершая дискуссию, подчеркнул: Балтийский регион — это не только море, а сложнейший комплекс социально-экономических, политических и международных вопросов. Сегодня мы видим усиление барьерности и милитаризации. Но изолировать Россию невозможно даже в таких условиях. Отсутствие минимального диалога приведёт к проблемам в мореплавании, краху остающихся экономических проектов и новым сложностям для простых граждан.
Географию не изменить. Соседи могут конфликтовать, но между соседями необходимо продолжать выстраивать диалог — хотя бы ради того, чтобы однажды не пришлось его начинать с нуля.
